Бесплатная горячая линия

8 800 700-88-16
Главная - Гражданское право - Соотношение деликтных кондикционных и виндикационных исков

Соотношение деликтных кондикционных и виндикационных исков

Соотношение деликтных кондикционных и виндикационных исков

Соотношение виндикационного и кондикционного иска.

виндикационный и кондикционный иск.ppt

  1. Количество слайдов: 13

Понятия исков. Виндикационный иск (от лат. vim dicere — «объявляю о применении силы» ) — иск собственника об истребовании вещи из чужого незаконного владения. Иными словами, виндикационный иск — это иск собственника о признании его права собственности на вещь и о передаче ему на этом основании его вещи. . Такая форма иска сложилась в римском праве.

Кондикционный иск — в науке гражданского права название иска из неосновательного обогащения.

2 Главное различие между кондикционным и виндикационным исками состоит в том, что виндикационный иск является вещно- правовым, а кондикционный — обязательственно-правовым способом защиты. Предметом виндикационного иска может быть только индивидуально- определенная вещь.

3 Она не может быть истребована по правилам норм об обязательствах из неосновательного обогащения, ибо сама конструкция современного кондикционного обязательства исторически возникла как правовое средство защиты интересов субъектов гражданского оборота, не имевших или лишившихся возможности виндицировать вещь. В связи с этим в конструкцию обязательства из неосновательного обогащения не вводились условия о добросовестности или недобросовестности приобретателя.

4 Важно и другое. Если субъектом виндикационного иска является собственник, утративший владение вещью, то субъектом кондикционного иска является лицо, лишившееся титула собственника.

Поэтому в случае удовлетворения кондикционного иска ответчика лишают прав на изымаемое у него имущество.

Напротив, по виндикационному иску изъятию подлежит индивидуально-определенная вещь, которая в состав имущества ответчика не входит. Никаких прав на эту вещь у него нет, а поэтому при ее изъятии ответчика прав на вещь не лишают.

5 Из неосновательного обогащения к виндикационному иску чаще всего ограничиваются указанием на то, что в случаях истребования имущества собственником из чужого незаконного владения порядок расчетов между сторонами определяется ст. 303 ГК и ее особые правила как специальные нормы должны иметь преимущества перед положениями гл.

60 ГК о неосновательном обогащении. Это, несомненно, верное утверждение, однако оно не отражает многообразия соотношения положений ст. 303 ГК и норм о неосновательном обогащении.

6 В соответствии с п. 1 ст. 303 ГК при истребовании имущества из чужого незаконного владения собственник вправе потребовать от недобросовестного владельца возврата или возмещения всех доходов, которые он извлек или должен был извлечь за все время владения.

В такой ситуации собственник может ставить вопрос о взыскании с недобросовестного владельца, помимо доходов, неосновательного сбережения, возникшего в результате необоснованного использования индивидуально-определенной вещи.

7 При этом объем неосновательного сбережения должен будет определяться в соответствии с предписаниями норм п. 2 ст. 1105 и п. 1 ст. 1107 ГК. Неосновательное сбережение подлежит взысканию за весь период неосновательного использования виндицированной вещи по ставкам арендной платы, существовавшим во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило.

Неосновательное сбережение подлежит взысканию за весь период неосновательного использования виндицированной вещи по ставкам арендной платы, существовавшим во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило. 8 Поэтому при истребовании вещи у добросовестного владельца период неосновательного использования, за который такой владелец должен возместить собственнику неосновательное сбережение, начинает течь с момента, когда он узнал или должен был узнать о неправомерности владения или получил повестку по иску собственника о возврате имущества.

Именно за этот период подлежит взысканию неосновательное сбережение по ставкам арендной платы, существовавшим во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило.

9 В тех случаях, когда виндикация индивидуально- определенной вещи от добросовестного приобретателя невозможна, собственник вещи может ставить вопрос о неосновательном обогащении продавца вещи. Так как продавец неосновательно распорядился чужой вещью, то и полученное им в качестве оплаты вознаграждение будет не чем иным, как неосновательным обогащением.

В этом случае объем неосновательного обогащения продавца вещи равен объему полученного им в качестве оплаты вознаграждения.

10 В тех случаях, когда виндикация индивидуально- определенной вещи от добросовестного приобретателя невозможна, собственник вещи может ставить вопрос о неосновательном обогащении продавца вещи. Так как продавец неосновательно распорядился чужой вещью, то и полученное им в качестве оплаты вознаграждение будет не чем иным, как неосновательным обогащением.

В этом случае объем неосновательного обогащения продавца вещи равен объему полученного им в качестве оплаты вознаграждения.

11 В соответствии с п. 2 ст. 1107 ГК на сумму этого вознаграждения как на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими денежными средствами с того времени, когда продавец узнал или должен был узнать о неосновательности получения денежных средств. В подобных случаях вопрос о неосновательном обогащении продавца можно ставить независимо от того, оказалась ли вещь у него во владении по его вине или без таковой. 12 Спасибо за внимание! 13

Как происходят судебные процессы в подобных делах

Первым этапом при разрешении споров, касающихся неосновательного обогащения, обычно становится попытка досудебного урегулирования вопроса.Увы, но на практике претензионная работа результаты приносит крайне редко.

В большинстве случаев обращаться за защитой своих интересов в суд все же придется.Согласно законодательству истца суд доказывать факты по кондикционным делам обязать не может. Но в тоже время отсутствие фактических доказательств всех обстоятельств дела с помощью документов, показаний свидетелей и т.д.

в 99,9% случаев приведет к отказу в иске, со ссылкой на не совершение истцом необходимых процессуальных действий.

В ходе разбирательства ответчику предстоит доказать, что его действии были правильными и осуществлял он их в соответствии с законом, договором и т.д.

Хотя обязать на представление доказательств по таким делам ответчика суд тоже не имеет права.

Сущность кондикционного иска

Общая сущность данного иска сводится к выполнению обогатившимся лицом требования о возврате потерпевшей стороне неосновательного обогащения.

При этом истец имеет право потребовать возмещение ущерба и полученной обогатившимся лицом выгоды. Осуществлять возврат из незаконного владения по иску не обязательно конкретной уникальной вещью, она может быть заменена на аналогичную, имеющую те же родовые признаки.

Понятия и особенности виндикации

Что форма носа может сказать о вашей личности?

Что произойдет, если делать “планку” каждый день?

Самые ужасные пытки в истории древнего мира. ТОП самых извращенных тенденций красоты. У вас голубые глаза? Какие черты делают женщину действительно виндикационной Закон Негаторного и отличие Виндикационный иск и негаторный адрес Лицо, не являющееся иском, не вправе создавать препятствия владельцу в использовании принадлежащей ему вещи, если это не противоречит закону.

У вас голубые глаза? Какие черты делают женщину действительно виндикационной Закон Негаторного и отличие Виндикационный иск и негаторный адрес Лицо, не являющееся иском, не вправе создавать препятствия владельцу в использовании принадлежащей ему вещи, если это не противоречит закону.

К вопросу о критериях соотношения кондикции и виндикации

УДК 347.551, ББК 67.8 Страницы в журнале: 69-72 Т.П.

ПОДШИВАЛОВ, аспирант кафедры гражданского права и процесса Южно-Уральского государственного университета, ведущий юрисконсульт ЗАО «КОМТЕХ-Екатеринбург» Рассматриваются критерии соотношения виндикационного иска и иска из неосновательного обогащения. Анализируются как сходства, так и различия указанных исков.

Автор приходит к выводу о невозможности конкуренции указанных исков.

Ключевые слова: конкуренция исков, виндикационный иск, неосновательное обогащение, критерии соотношения исков. Comparison criteria of vindication action and unjust enrichment action are considered in article. Similarities and differences of said actions are analyzed.

Author arrived at the conclusion about impossibility of said actions competition. Keywords: competition of actions, vindication action, unjust enrichment (condiction), comparison criteria of actions.

Институт неосновательного обогащения вызывает огромный интерес как в научной литературе, так и в правоприменительной деятельности.

Вопросы соотношения кондикции и виндикации, включая их конкуренцию, критерии разграничения, возможность перехода от одного иска к другому или изменения основания иска не теряют своей актуальности. Проблема соотношения кондикции и виндикации обсуждается главным образом в плане допустимости конкуренции исков и изменения основания исковых требований.

Проблема соотношения кондикции и виндикации обсуждается главным образом в плане допустимости конкуренции исков и изменения основания исковых требований. Большинство ученых придерживаются позиции недопустимости конкуренции исков[1].

Высказывался и иной подход к решению данной проблемы[2]. Нормы, регулирующие кондикционные обязательства, могут применяться не только самостоятельно, но и наряду с нормами, защищающими соответствующие гражданско-правовые отношения, если иное не предусмотрено законодательством или не вытекает из сущности соответствующих отношений (ст.

1103 ГК РФ). Выделяются два методологических подхода к соотношению кондикции и виндикации, которые условно можно назвать как формальный и сущностный. В рамках формального подхода при решении проблемы соотношения виндикационного и кондикционного иска авторы нередко ограничиваются перечислением формальных сходств и отличий, не обращая внимания на их сущность[3].

Нередки случаи, когда ученые, указывая на проблему соотношения виндикационного иска и иска из неосновательного обогащения, не рассматривают вообще никаких критериев сходства и различия этих институтов[4]. Такой подход не приносит сколько-нибудь интересных результатов.

По этой причине более целесообразно обратиться к соотнесению природы этих двух институтов. Простого перечисления недостаточно, чтобы разграничивать кондикционный и виндикационный иски. Сущностный подход при рассмотрении соотношения виндикационного и кондикционного иска исходит из правовой природы указанных требований.

Кондикция и виндикация схожи в следующем. Во-первых, как виндикационный, так и кондикционный иск относится к мерам защиты, а не ответственности. Из этого положения исходит судебная практика при рассмотрении споров по искам из неосновательного обогащения, указывая, что возврат неосновательного обогащения является способом защиты нарушенного права, а не мерой ответственности[5].

Правовая природа мер ответственности и мер защиты различна. Обязанность неосновательно обогатившегося возвратить приобретенное или сбереженное потерпевшему не относится к мерам ответственности, поскольку в этом случае должник не несет никаких имущественных потерь.

Во-вторых, требования из виндикации и кондикции носят восстановительный характер, являясь мерами восстановления нарушенного или оспоренного субъективного права. Кондикционное обязательство создает для приобретателя обязанность возвратить потерпевшему все неосновательно приобретенное.

Вместе с тем в гражданском праве существует еще целый ряд институтов, реализуемых в рамках охранительных правоотношений восстановительного характера. К последним относятся виндикация и реституция.

В-третьих, обязательства из неосновательного обогащения, как и отношения по истребованию имущества из чужого незаконного владения, относятся по своей правовой природе к числу охранительных и внедоговорных правоотношений. Требования из кондикции или виндикации проистекают из отношений, не основанных на договоре.

Отношения, в рамках которых реализуются рассматриваемые способы защиты, являются охранительными. Суть охранительных правоотношений состоит в том, что защита интересов, а также реализация мер юридической ответственности и других мер принуждения происходят в рамках новых, не существовавших до нарушения права правоотношений[6].

В-четвертых, как и при виндикации, при неосновательном обогащении имущество должно быть возвращено в натуре (для виндикации это императив, для кондикции допускается отступление от правила, если имущество не может быть возвращено в натуре, — в этом случае приобретатель возмещает стоимость этого имущества и убытки (статьи 1104 и 1105 ГК РФ)). Истребование имущества в натуре означает возврат собственнику той же самой вещи, которая была у него до правонарушения.

Поскольку при кондикции неосновательное обогащение возвращается преимущественно в натуре, можно прийти к выводу о наличии вещного элемента в правовой природе кондикционных обязательств[7].

В-пятых, обращает на себя внимание и «достаточно безразличное следование» обязательств за неосновательным обогащением — подобно тому, как виндикация следует за вещью. Кондикционное обязательство возникает на стороне неосновательно обогатившегося за счет истца независимо от его прежних отношений с ним, в силу одного только факта обогащения[8]. Следовательно, рассматриваемые способы защиты обладают сходными чертами, т.

е. можно отметить похожие элементы в правовой природе кондикционных обязательств и виндикации.

Этот вывод, однако, порождает проблему определения критериев, которые могут быть положены в основу разграничения оснований для предъявления соответствующих требований в силу того, что данные требования не тождественны. Кондикция и виндикация различны в следующем.

1. Виндикация по своей природе является вещно-правовым способом защиты, а кондикционное требование — обязательственно-правовым. Из этого следует, что если виндикационный иск защищает вещные права как таковые, то кондикционный иск защищает вещные права, но только не прямо, а косвенно, через защиту субъективных гражданских прав по обязательственному правоотношению.

В результате удовлетворения обязательственно-правовых исков в ряде случаев к истцу возвращается та вещь, которая принадлежит ему как собственнику и на которую были направлены действия сторон по обязательству.

Важно отметить, что М.М. Агарков по поводу соотношения вещных и обязательственных прав замечал: «Различие относительных и абсолютных правоотношений является различием именно правоотношений, а не институтов.

В пределах одного и того же института могут быть правоотношения как абсолютные, так и относительные…»[9] Обращает на себя внимание определенная проблема.

Статья 1102 ГК РФ не содержит специальных правил относительно ситуаций, когда неосновательный приобретатель отчуждает имущество третьему лицу.

Исходя из общих принципов гражданского права, данную проблему можно решить так: кредитор по иску из неосновательного обогащения предъявляет свои требования к неосновательному приобретателю, одновременно требуя признать основания такого отчуждения имущества недействительными, т. е. никакой правовой связи между потерпевшим вследствие неосновательного обогащения и третьим лицом не наблюдается[10]. 2. Если субъектом виндикационного иска является собственник (иной титульный владелец), утративший право владения вещью, то субъектом кондикционного иска является лицо, лишившееся титула собственника.

При удовлетворении кондикционного иска ответчика лишают прав на принадлежащее ему имущество, а при виндикации у него изымается индивидуально-определенная вещь, которая в состав его имущества просто не входит[11]. 3. Иск из неосновательного обогащения и виндикационный иск различают по характеристике предмета спора: отнесения его либо к индивидуально-определенной вещи, либо к вещи, определенной родовыми признаками.

Этот критерий можно считать главной отличительной особенностью рассматриваемых способов защиты гражданских прав.

Согласно статьям 301—303 ГК РФ предметом спора по виндикационному иску является только индивидуально-определенная вещь, сохранившаяся в натуре. В результате получения приобретателем имущественных выгод в виде определенных родовыми признаками вещей (наличных денег или ценных бумаг на предъявителя) происходит обезличивание указанных видов имущества, потеря приданной им индивидуализации. В таком обезличенном или по-новому индивидуализированном состоянии они становятся объектами права собственности (иного вещного права) приобретателя, а прежний собственник утрачивает права на них.

Иную позицию занимал А.Н. Арзамасцев, который утверждал, что фактическое завладение имуществом или потребление неосновательно полученного (сбереженного), хотя и определенного родовыми признаками, имущества не означает приобретения на него права[12]. Для снятия указанного противоречия необходимо понимать, что, в отличие от вещей, определенных родовыми признаками, индивидуально-определенная вещь не становится собственностью приобретателя, а остается в собственности потерпевшего, несмотря на переход фактического владения данной вещью к приобретателю.

На основе этого Е.А. Флейшиц справедливо указывает: требование о возврате неосновательного обогащения предполагает, что эта вещь перешла в собственность обогатившегося, в силу чего виндикация стала невозможна[13], так как именно наличие права собственности и является юридическим основанием предъявления виндикационного иска. Поскольку право собственности сохранилось за потерпевшим, он может обратиться с виндикационным иском; иск из неосновательного обогащения в данном случае не может применяться, так как обязательственное правоотношение по возврату неосновательного обогащения не возникло. Таким образом, большинство ученых приходят к выводу о том, что, когда предметом обогащения является определенная родовыми признаками вещь, следует применять кондикцию, а когда вещь является индивидуально-определенной, должен применяться иск о виндикации[14].

Указанное обстоятельство подтверждает, что при определении правовой природы виндикации и кондикции решающее значение следует придавать именно предмету спора. Необходимо отметить, что с обоснованностью данного критерия разграничения согласны не все ученые.

По мнению А.Л. Маковского, даже учитывая сохранившееся со времен еще римского права положение о применении виндикации в отношении индивидуально-определенных вещей, нельзя говорить о запрете ГК РФ взыскивать индивидуально-определенную вещь по правилам о возврате неосновательного обогащения[15].

Невозможность истребования индивидуально-определенной вещи по правилам о неосновательном обогащении объясняется тем, что в этом случае нет самого неосновательного обогащения.

Ученые, полагающие обратное, повторяют ошибку, на которую не раз указывалось в литературе. Справедливости ради следует отметить, что различия между индивидуально-определенными и родовыми вещами достаточно относительны и зависят от конкретных условий гражданского оборота.

Поэтому в случае индивидуализации могут быть виндицированы и вещи, обладающие едиными общими свойствами для всех вещей данного вида. 4. Различие кондикции и виндикации проявляется и в разном понимании категории имущества в рассматриваемых правоотношениях. В статьях 301—303 ГК РФ под имуществом понимаются вещи (объекты материального мира).

Использованный в легальном определении неосновательного обогащения термин «имущество» следует трактовать в широком смысле, относя к нему наряду с вещами и деньгами также всякого рода имущественные права и иные защищаемые материальные блага (ст.

128 ГК РФ). 5. Рассматриваемые институты различны по имущественной выгоде ответчика: при виндикации ответчик может получить имущество возмездно, поэтому на стороне ответчика имущественной выгоды может и не быть; для кондикции этот признак является необходимым (обязательным)[16]. 6. Для удовлетворения виндикационного иска нужно, чтобы истребуемая вещь была приобретена лицом, от которого она истребуется. В то время как требование из неосновательного обогащения может иметь место не только при приобретении, но и при сбережении имущества за счет другого лица[17].

Сберечь можно только свое (то, что принадлежит на основании какого-либо титула), а при виндикации у ответчика находится чужое имущество.

Стоит отметить, что данное основание неприемлемо для разграничения кондикции и виндикации в случае наличия добросовестного возмездного приобретения, так как в ст.

302 ГК РФ указывается на возможность выбытия имущества из владения собственника «иным путем». 7. Рассматриваемые институты различны по способу выбытия имущества.

При виндикации законный владелец вправе истребовать свое имущество от добросовестного приобретателя только на том условии, что оно выбыло из его владения помимо воли законного владельца (ст. 302 ГК РФ). А при неосновательном обогащении потерпевшему возвращается такое же имущество, независимо от того, каким путем выбыло имущество (составляющее предмет обогащения) из его владения (п. 2 ст. 1102 ГК РФ). Влияние принципа добросовестности на рассматриваемые институты не следует понимать столь узко.

Фактический владелец виндицируемого имущества может получить в свое незаконное владение имущество в результате как добросовестных, так и недобросовестных действий с его стороны. В ситуации с добросовестным владельцем утрата индивидуально-определенным имуществом своих индивидуализирующих признаков, израсходование или отчуждение его превращает виндикационный иск в иск из неосновательного обогащения; в отношении же недобросовестного владельца возникает не кондикционное, а деликтное обязательство, и он должен нести ответственность по возмещению всех убытков, которые понес потерпевший[18]. В институте виндикации и институте неосновательного обогащения добросовестность приобретателя рассматривается в разных плоскостях.

От нее в целом зависит возможность виндикации имущества у третьего лица. Согласно ст. 302 ГК РФ владелец признается добросовестным, если он, приобретая вещь, не знал и не должен был знать о том, что отчуждатель вещи не уполномочен на ее отчуждение. В то же время в кондикционных обязательствах закон не устанавливает специальных правил о добросовестности или недобросовестности приобретателя.

Следовательно, в данном случае нужно руководствоваться общим правилом, согласно которому

«разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается»

(п. 3 ст. 10 ГК РФ), т. е. добросовестность неосновательного приобретателя резюмируется.

На основании рассмотрения критериев соотношения виндикации и кондикции вполне логичен вывод о невозможности конкуренции между данными требованиями. При этом является несомненным тот факт, что кондикционный иск в силу своей универсальности может восполнять пробелы в защите субъективных гражданских прав. Иск из неосновательного обогащения является субсидиарным способом защиты права собственности, который применяется в случае невозможности предъявления или удовлетворения другого иска (виндикационного или реституционного).

Сама конструкция современного кондикционного обязательства исторически возникла как правовое средство защиты интересов субъектов гражданского оборота, не имевших или лишившихся возможности виндицировать вещь. Библиография 1 См., например: Новицкий И.Б., Лунц Л.А.

Общее учение об обязательстве. — М., 1950. С. 381—384; Толстой Ю.К. Содержание и гражданско-правовая защита права собственности в СССР.

— Л., 1955. С. 104—115; Арзамасцев А.Н. Охрана социалистической собственности по советскому гражданскому праву.

— Л., 1956. С. 202; Иоффе О.С. Обязательственное право. — М., 1975.

С. 863—871. 2 См., например: Венедиктов А.В.

Гражданско-правовая охрана социалистической собственности в СССР.

— М.—Л., 1954. С. 171—177; Флейшиц Е.А. Обязательства из причинения вреда и из неосновательного обогащения. — М., 1951. С. 203—206. 3 См.: Гражданское право: Учеб.

Ч. 2 / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К.

Толстого. — М., 1998. С. 769—770.

4 См., например: Гражданское право России. Обязательственное право: Курс лекций. / Отв. ред. О.Н. Садиков. — М., 2004.

С. 833; Гражданское право. Ч.

2: Обязательственное право / Под ред.

В.В. Залесского. — М., 1998. С. 646—647. 5 См. постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 25.10.2004 № Ф08-5040/04 и др. 6 См.: Бутнев В.В. Несколько замечаний к дискуссии о теории охранительных правоотношений // Вопросы теории охранительных правоотношений: Материалы науч.

конф. — Ярославль, 1991. С. 7. 7 Подробнее об этом см.: Новоселова А.А. К вопросу о соотношении обязательства вследствие неосновательного обогащения и виндикации // Вестн.

Южно-Уральского гос. ун-та. Сер.

«Право». Вып. 2. 2002. № 4. С.

38. 8 См.: Скловский К.И. Собственность в гражданском праве. — М., 1999. С. 327. 9 Агарков М.М.

Обязательство по советскому гражданскому праву. — М., 1940. С. 31—32. 10 Подробнее об этом см.: Новоселова А.А. Указ. раб. С. 41. 11 См.: Толстой Ю.К.

Указ. раб. С. 105. 12 См.: Арзамасцев А.Н. Указ. раб. С. 203. 13 См.: Флейшиц Е.А. Указ. раб. С. 232. 14 См.: Генкин Д.М.

Право собственности в СССР. — М., 1961.

С. 190; Новицкий И.Б., Лунц Л.А. Указ. раб. С. 198; Иоффе О.С.

Указ. раб. С. 860; Скловский К.И. Указ. раб. С. 327; Ем В.С. Обязательства вследствие неосновательного обогащения // Законодательство.

1999. № 7. С. 19; Магаляс Е.А.

Соотношение требований из неосновательного обогащения с требованиями об истребовании имущества из чужого незаконного владения и возмещении вреда в гражданском праве // Там же. 2002. № 5. С. 8—16; Эрделевский А. О соотношении кондикционных и иных требований // Хозяйство и право.

2004. № 7. С. 90 и др. 15 См.: Маковский А.Л.

Обязательства вследствие неосновательного обогащения // Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть вторая: Текст, комментарии, алфавитно-предметный указатель / Под ред. О.М. Козырь, А.Л. Маковского, С.А.

Хохлова. — М., 1996. С. 595. 16 См.: Шамшов А.А. Обязательства из неосновательного приобретения или сбережения имущества.

— Саратов, 1975. С. 14. 17 См.: Игнатенко В.Н.

Реализация обязательств из неосновательного обогащения // Изв.

вузов. Правоведение. 2001. № 2.

С. 94; Гражданское право: Учеб. Ч. 2 / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К.

Толстого. С. 770. 18 См.: Чернышев В.И. Обязательства из неосновательного приобретения или сбережения имущества.

— Ярославль, 1977. С. 84—86.

Соотношение кондикции и виндикации

Защита гражданских прав путем прдъявления исков из неосновательного обогащения вызывает интерес, как в научной литературе, так и в судебной практике. Известный дореволюционный цивилист Г.Ф. Шершеневич приводит следующие признаки обязательств вследствие неосновательного обогащения: «а) предполагается, прежде всего, обогащение, которое состоит в увеличении ценности имущества присоединением к нему новой или в сохранении той, которая должна бы выйти из состава имущества.

в) необходимо, чтобы обогащение одного лица произошло за счет другого, чтобы имущество другого лица потерпело уменьшение.

с) главным условием для установления обязательственного отношения является обогащение без законного основания при переходе ценности от одного лица к другому» .

Вопросы соотношения кондикции и виндикации, включает проблемы их конкуренции, критериев их разграничения, возможности перехода от одного вида гражданско-правового требования к другому или изменения основания иска. Иск из неосновательного обогащения применяется, если нарушенные субъективные права потерпевшего не могут быть защищены путем заявления вещного или договорного требования.

До принятия части второй ГК РФ проблема соотношения обсуждалась главным образом в плане допустимости конкуренции исков и изменения основания исковых требований. Большинство ученых в то время стояли на позициях недопустимости конкуренции исков, но с теми или иными оговорками признавали возможным изменение основания иска в тех случаях, когда иск не может быть доказан по тому основанию, по которому он первоначально предъявлен1.

Высказывался и иной подход к разрешению данной проблемы . Как справедливо отмечает К.Б.

Ярошенко, ГК РФ придал обязательствам вследствие неосновательного обогащения универсальный и одновременно субсидиарный характер, тем самым сфера применения этого института значительно расширилась. Это выражается в том, что нормы, регулирующие кондикционные обязательства, могут применяться не только самостоятельно, но и наряду с нормами, защищающими соответствующие гражданско-правовые отношения, если иное не предусмотрено законодательством или не вытекает из существа соответствующих отношений (ст.

1103 ГК РФ). Как указывает Ю.К. Толстой: «требования из неосновательного обогащения не столько вытесняют требования, перечисленные в ст.

1103 ГК РФ, сколько «сопровождают» их, причем такое сопровождение может и не понадобиться». Обширность сферы применения отмечал В.И. Чернышев, который писал, что правила о неосновательном обогащении могут находить применение в результате аномального развития любого гражданского правоотношения, за исключениями, прямо указанными законом.

В подпункте 2 статьи 1103 ГК РФ речь идет о субсидиарном применении норм о неосновательном обогащении к требованиям об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения, что вызывает споры о соотношении этих способов защиты гражданских прав.

Можно выделить два методологических подхода к соотношению кондикции и виндикации, которые условно можно назвать как формальный и сущностный.

  1. 2. Сущностный подход, при рассмотрении соотношения виндикационного и кондикционного исков исходит из правовой природы указанных требований. Кондикция и виндикация схожи в следующем.
  2. 1. Формальный подход. При решении проблемы соотношения виндикационного и кондикционного исков авторы нередко ограничиваются перечислением формальных сходств и отличий, не обращая внимание на их сущность1. Нередки случаи, когда авторы, указывая на проблему соотношения виндикационного иска и иска из неосновательного обогащения не рассматривают вообще ни каких критериев сходства и различия этих институтов . Такой подход не приносит сколько-нибудь интересных результатов. По этой причине более целесообразно первоначально обратиться к соотнесению природы этих двух институтов. Простого перечисления недостаточно, чтобы разграничивать кондикцион-ный и виндикационный иски.

Во-первых, как виндикационный, так и кондикционный иски относятся к мерам защиты, а не мерам ответственности. Из этого положения исходит судебная практика при рассмотрении споров по искам из неосновательного обогащения, указывая, что возврат неосновательного обогащения является способом защиты нарушенного права, а не мерой ответственности. Так, в постановлении ФАС Восточно-Сибирского округа от 14 августа 2009 г по делу № А58-4211/07 суд указал, что положения главы 60 ГК РФ, регулируя соотношение требований о возврате неосновательного обогащения с другими требованиями о защите гражданских прав, позволяют использовать взыскание неосновательного обогащения в качестве общей защитной меры.

Правовая природа мер ответственности и мер защиты различна. Обязанность неосновательно обогатившегося возвратить приобретенное или сбереженное потерпевшему не относится к мерам ответственности, поскольку в этом случае должник не несет никаких имущественных потерь. Как справедливо указывает Ю.К.

Толстой, специфическим признаком гражданско-правовой ответственности является лишение причинителя части принадлежащих ему имущественных прав в целях удовлетворения потерпевшего.

Этот признак присущ всем без исключения мерам гражданско-правовой ответственности независимо от того, возникло ли правонарушение в результате виновного или невиновного поведения причинителя. Именно поэтому не является мерой ответственности изъятие неосновательно полученной выгоды, хотя бы обогащение возникло в результате виновного поведения обогатившегося1. Во-вторых, требования из виндикации и кондикции носят восстановительный характер, являются мерами восстановления нарушенного или оспоренного субъективного права.

Кондикционное обязательство создает для приобретателя обязанность возвратить потерпевшему все неосновательно приобретенное. Иными словами обязательства из неосновательного обогащения имеют своей задачей защиту имущественных прав субъектов гражданско-правовых отношений, обеспечивая потерпевшему восстановление его субъективного права.

Вместе с тем, в гражданском праве существует еще целый ряд институтов реализуемых в рамках охранительных правоотношений восстановительного характера. К последним относится виндикация и реституция . Судебная практика основывается на том, что неосновательное обогащение носит восстановительный характер.

Так, в постановлении ФАС Уральского округа от 30 сентября 2008 г. № Ф09-7041/08-С5 суд указал, что суть восстановительной функции обязательства вследствие неосновательного обогащения состоит в следующем: имущественные потери потерпевшего должны быть переложены на приобретателя для восстановления имущественного положения потерпевшего.

Восстановительная функция любой меры гражданско-правовой защиты выражается в устранении отрицательных имущественных последствий. В-третьих, обязательства из неосновательного обогащения, как и отношения по истребованию имущества из чужого незаконного владения относятся по своей правовой природе к числу охранительных и внедо-говорных правоотношений.

Требования из кондикции или виндикации проистекают из отношений, не основанных на договоре.

Следовательно, как виндикация, так и кондикция, относятся к числу внедоговорных требований направленных на защиту гражданских прав, которые реализуются путем восстановления положения существующего до нарушения. Отношения, в рамках которых происходит реализация рассматриваемых способов защиты, являются охранительными правоотношениями. Суть охранительных правоотношений состоит в том, что защита интересов, а также реализация мер юридической ответственности и других мер принуждения происходит в рамках новых, не существовавших до нарушения права правоотношении .

В-четвертых, при виндикации и кондикции во внимании принимается имущественная сфера ответчика, а не истца: в виндикационном иске объем взыскания определяется, сходя из имеющихся в наличии у ответчика вещей, являющихся собственностью истца; в иске по ст.

1102 ГК РФ объем взыскания зависит от имущественной выгоды, полученной ответчиком .

Однако в имущественной выгоде ответчика коренится и различие, о котором речь пойдет позже. В-пятых, при неосновательном обогащении имущество должно быть возвращено в натуре (для виндикации это императив, для кондикции допускается отступление от правила, если имущество не может быть возвращено в натуре, в этом случае приобретатель возмещает стоимость этого имущества и убытки, ст. 1104 и ст. 1105 ГК РФ). Истребование имущества в натуре, означает возврат собственнику той же самой вещи, которая была у него до правонарушения.

В связи с тем, что при кондикции неосновательное обогащение возвращается преимущественно в натуре можно придти к выводу о наличии вещного элемента в правовой природе кондикционных обязательств. В-шестых, кроме возврата имущества, потерпевший вправе требовать возврата доходов, которые неосновательно обогатившийся извлек или должен был извлечь, начиная с момента, когда обогатившийся узнал или должен был узнать о неосновательности обогащения. Подобное правило содержится в статье 303 ГК РФ.

Данная статья устанавливает порядок осуществления расчетов при возврате имущества из незаконного владения. Положения ст. 303 ГК РФ применяются преимущественно перед нормами о неосновательном обогащении. Кроме того, собственник может ставить вопрос о неосновательном сбережении владельцем истребованной вещи имущества за счет ее собственника.

Данное неосновательное сбережение подлежит возмещению наряду с доходами, а также при их отсутствии.

При определении размера неосновательного сбережения следует учитывать положения п. 2 ст. 1105 и п. 1 ст. 1107 ГК РФ.

Кроме того, в качестве лица, неосновательно обогатившегося, может рассматриваться владелец вещи (как добросовестный, гак и недобросовестный), реализовавший данную вещь, поскольку оплата была получена без должных оснований. Особенно актуально это в случаях, когда виндикация невозможна1.

В-седьмых, обращает на себя внимание и «достаточно безразличное следование» обязательств за неосновательным обогащением, подобно тому, как виндикация следует за вещью. Кондикционное обязательство возникает на стороне неосновательно обогатившегося за счет истца независимо от его прежних отношений с ним, в силу одного только факта обогащения . Таким образом, рассматриваемые способы защиты обладают сходными чертами, то есть можно отметить похожие элементы в правовой природе кондикционных обязательств и виндикации.

Данный вывод, однако, порождает проблему определения критериев, которые могут быть положены в основу разграничения оснований для предъявления соответствующих требований, в силу того, что данные требования не тождественны.

Кондикция и виндикация различны в следующем.

В-первых, обращает на себя внимание тот факт, что виндикация, по своей природе, является вещно-правовым способом защиты, а кондикционное требование — обязательственно-правовым способом.

Из этого следует, что если виндикационный иск защищает вещные права как таковые, то кондикционный иск защищает вещные права, но только не прямо, а косвенно, через защиту субъективных гражданских прав по обязательственному правоотношению.

Так, в результате удовлетворения обязательственно-правовых исков в ряде случаев к истцу возвращается та вещь, которая принадлежит ему как собственнику, и на которую были направлены действия сторон по обязательству.

А.А. Каравайкин отмечает, что вещный иск опирается на право собственности и направлен непосредственно на защиту права собственности, в то время как обязательственный иск опирается на право, вытекающее из данного обязательственного отношения, и направлен на защиту прав по этому отношению, а тем самым и на защиту права собственности . В результате неосновательного обогащения возникают относительные правоотношения между должником и кредитором, направленные на перемещение материальных благ из хозяйственной сферы одного лица в хозяйственную сферу другого лица.

В то время как собственник, либо иной титульный владелец может виндицировать свое имущество у третьего лица, которое не имеет с ним никакой непосредственной связи до факта нарушения его права.

Несомненно, обязательства из неосновательного обогащения представляет собой самостоятельный внедоговор-ной институт, служащий защите права собственности и иных прав субъектов1. Как указывалось ранее обязательственно-правовые иски, на ряду с вещными исками, исками к публичной власти и иными способами по средством которых защищаются вещные права, входят в систему гражданско-правовых способов защиты вещных прав.

Важно отметить, что М.М. Агарков по поводу соотношения вещных и обязательственных прав замечал, что «различие относительных и абсолютных правоотношений является различием именно правоотношений, а не институтов.

В пределах одного и того же института могут быть правоотношения как абсолютные, так и относительные.» .

Обращает на себя внимания определенная проблема. Статья 1102 ГК РФ не содержит специальных правил относительно ситуаций, когда неосновательный приобретатель отчуждает имущество третьему лицу.

Исходя из общих принципов гражданского права данную проблему можно разрешить следующим образом: кредитор по иску из неосновательного обогащения предъявляет свои требования к неосновательному приобретателю, одновременно требуя признать основания такого отчуждения имущества недействительными, то есть никакой правовой связи между потерпевшим в следствии неосновательного обогащения и третьим лицом не наблюдается. Во-вторых, если субъектом виндикационного иска является собственник (иной титульный владелец), утративший владение вещью, то субъектом кондикционного иска является лицо, лишившееся титула собственника. При удовлетворении кондикционного иска ответчика лишают прав на принадлежащее ему имущество, а при виндикации у него изымается индивидуально-определенная вещь, которая в состав его имущества просто не входит.

В связи со сказанным нельзя согласиться с мнением В.С. Юрченко, который полагает, что поступление (сбережение) имущества без достаточного основания не создает у неосновательно обогатившегося права собственности на это имущество и что именно поэтому при изъятии неосновательно полученного (или сбереженного) имущества или при взыскании его стоимости обогатившийся не лишается «никаких своих прав».

В-третьих, иск из неосновательного обогащения и виндикационный иск различают по принадлежности предмета спора либо к индивидуально-определеннои вещи, лиоо к вещи определенной родовыми признаками (характер предмета спора). Этот критерий можно считать главной отличительной особенностью рассматриваемых способов защиты гражданских прав. Согласно статьи 301-303 ГК РФ предметом спора по виндикационному иску является только индивидуально-определенная вещь, сохранившаяся в натуре.

Еще Савиньи в исследованиях о природе кондикции по римскому праву противопоставлял кондикции виндикацию и отмечал применительно к договору займа, что кредитор, давая взаймы, решается пожертвовать правом собственности и соответствующей ему защитой в форме виндикации; взамен виндикации кредитору дается обязательственная защита в виде особого иска кондикции, так что кон-дикция есть замена виндикации, утраченной вследствие отчуждения предмета займа1. Действительно, в процессе и в результате получения приобретателем имущественных выгод в виде определенных родовыми признаками вещей (наличных денег или ценных бумаг на предъявителя) происходит обезличивание указанных видов имущества, потеря приданной им индивидуализации.

В таком обезличенном или по-новому индивидуализированном состоянии они становятся объектами права собственности (иного вещного права) приобретателя, а прежний собственник утрачивает права на них. Иную позицию занимал А.Н. Арзамасцев, который утверждал, что фактическое завладение имуществом или потребление неосновательно полученного (сбереженного), хотя и определенного родовыми признаками имущества не означает приобретения на него права . Для разрешения указанного противоречия необходимо понимать, что в отличие от вещей определенных родовыми признаками, индивидуально-определенная вещь не становится собственностью приобретателя, а остается в собственности потерпевшего, несмотря на переход фактического владения данной вещью к приобретателю.

На основе этого Е.А. Флейшиц справедливо указывает, что требование о возврате неосновательного обогащения предполагает, что эта вещь перешла в собственность обогатившегося, в силу чего, виндикация стала невозможна, так как именно наличие права собственности и является юридическим основанием предъявления виндикационного иска. Кроме того, о приобретении имущества можно говорить только в случаях, когда у обогатившегося возникло то или иное имущественное право.

Поскольку право собственности сохранилось за потерпевшим, он может обратиться с виндикационным иском; иск из неосновательного обогащения в данном случае не может применяться, так как обязательственное правоотношение по возврату неосновательного обогащения не возникло. Таким образом, большинство ученых приходит к выводу, что когда предметом обогащения является вещь, определенная родовыми признаками, следует применять кондикцию, а когда вещь является индивидуально-определенной, должен применяться иск о виндикации1.

Указанное обстоятельство подтверждает, что при определении правовой природы виндикации и кондикции решающее значение следует предавать именно предмету спора. Необходимо отметить, что с обоснованностью данного критерия разграничения согласны не все ученые. По мнению А.Л. Маковского, даже учитывая сохранившееся со времен еще римского права положение о применении положений о виндикации в отношении индивидуальноопределенных вещей, нельзя говорить о запрете по ГК РФ взыскивать индивидуально-определенную вещь по правилам о возврате неосновательного обогащения .

Такой же позиции придерживается С.А.

Синицын, отмечая, что судебная практика отнюдь не исключает такой возможности.

По мнению А.П. Сергеева допустимость неосновательного приобретения (сбережения) индивидуально-определенного имущества вытекает, во-первых, из ответственности обогатившегося за ухудшение имущества (п.

2 ст. 1104 ГК РФ), что возможно лишь при индивидуализации последнего, во-вторых, в п.

1 ст. 1104 ГК РФ указывается первоочередная обязанность должника возвратить неосновательно приобретенное в на- туре и лишь при невозможности этого — возместить его стоимость (п. 1 ст. 1105 ГК РФ). Говорить о возврате можно лишь применительно к имуществу так или иначе индивидуализированному1. Невозможность истребования индивидуально-определенной вещи по правилам о неосновательном обогащении объясняется тем, что в этом случае нет самого неосновательного обогащения.

Ученые полагающие обратное повторяют ошибку, на которую не раз указывалось в литературе . Справедливости ради следует отметить, что различия между индивидуально-определенными и родовыми вещами достаточно относительны и зависят от конкретных условий гражданского оборота.

Поэтому, в случае индивидуализации могут быть виндицированы и вещи обладающие едиными общими свойствами для всех вещей данного вида. В-четвертых, различие кондикции и виндикации проявляется и в разном понимании категории имущество в рассматриваемых правоотношениях.

В статьях 301-303 ГК РФ под имуществом понимаются вещи (объекты материального мира). Использованный в легальном определении неосновательного обогащения термин «имущество» следует трактовать в широком смысле, относя к нему наряду с вещами и деньгами также всякого рода имущественные права и иные защищаемые материальные блага (ст.

128 ГК РФ). В-пятых, рассматриваемые институты различны по имущественной выгоде ответчика: при виндикации ответчик может получить имущество возмездно, поэтому на стороне ответчика имущественной выгоды может и не быть; для кондикции этот признак является необходимым (обязательным). В-шестых, для удовлетворения виндикационного иска нужно, чтобы истребуемая вещь была приобретена лицом, от которого она истребуется. В то время как требование из неосновательного обогащения может иметь место не только при приобретении, но и при сбережении имущества за счет другого лица.

Сберечь можно только свое (то, что принадлежит на каком-либо титуле), а при виндикации у ответчика находится чужое имущество. Стоит отметить, что данное основание неприемлемо для разграничения кондикции и виндикации в случае наличия добросовестного возмездного приобретения, так как в ст. 302 ГК РФ указывается на возможность выбытия имущества из владения собственника «иным путем».

В-седьмых, рассматриваемые институты различны по способу выбытия имущества.

При виндикации законный владелец вправе истребовать свое имущество от добросовестного приобретателя только при том условии, что оно выбыло из его владения помимо воли законного владельца (ст. 302 ГК РФ). А при неосновательном обогащении потерпевшему возвращается такое же имущество независимо от того, каким путем выбыло имущество (составляющее предмет обогащения) из его владения (и.

2 ст. 1102 ГК РФ). Иными словами, в отличие от виндикации, кондикция, в этом плане, абсолютно безразлично к добросовестности субъекта1. Влияние принципа добросовестности на рассматриваемые институты не следует понимать так узко. Фактический владелец виндицируемого имущества может получить в свое незаконное владение имущество в результате как добросовестных, так и недобросовестных действий с его стороны.

В ситуации с добросовестным владельцем утрата индивидуально-определенным имуществом своих индивидуализирующих признаков, израсходование или отчуждение его превращает виндикационный иск в иск из неосновательного обогащения; в отношении недобросовестного владельца возникает не кондикционное, а деликтное обязательство, и он должен нести ответственность по возмещению всех убытков, возникших на стороне потерпевшего . В институте виндикации и институте неосновательного обогащения добросовестность приобретателя рассматривается в разных плоскостях.

Так, от добросовестности приобретателя в целом зависит возможность виндикации имущества у третьего лица. Согласно статьи 302 ГК РФ владелец признается добросовестным, если приобретая вещь, он не знал и не должен был знать о том, что отчуждатель вещи не уполномочен на ее отчуждение. В тоже время в кондикционных обязательствах закон не устанавливает специальных правил относительно добросовестности или недобросовестности приобретателя.

Следовательно, в данном случае нужно руководствоваться общим правилом, согласно которому

«разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается»

(п. 3 ст. 10 ГК РФ), то есть добросовестность неосновательного приобретателя резюмируется.

Следует заметить, что вышеперечисленные критерии разграничения виндикации и кондикции взаимосвязаны и взаимообусловлены.

Так, Ю.К. Толстой объединяет два критерия: если из незаконного владения ответчика истребуется имущество, которое принадлежит истцу на праве собственности, то на лицо виндикация; если же истребуется имущество, определенное родовыми признаками и не выделенное из общей имущественной массы ответчика, то речь идет о кондикционном иске1. Указанная взаимосвязь обусловлена тем, что вещное права может существовать только в отношении индивидуально-определенной вещи . На основании рассмотрения критерия соотношения виндикации и кондикции вполне логичен вывод о невозможности конкуренции между указанными требованиями.

При этом является несомненным тот факт, что кондикционный иск в силу своей универсальности может восполнять пробелы в защите субъективных гражданских прав, осуществляемой с помощью иных вещно-правовых или обязательственно-правовых требований. Иск из неосновательного обогащения является субсидиарным способом защиты права собственности, которое применяется в случае невозможности предъявления или удовлетворения другого иска (виндикационного или реституционного). Сама конструкция современного кондикционного обязательства исторически возникла как правовое средство защиты интересов субъектов гражданского оборота, не имевших или лишившихся возможности виндицировать вещь .

Это объясняется тем, что в случае, если виндикация юридически или фактически невозможна вещное правоотношение прекращается, а вместо него возникает обязательственное правоотношение, содержанием которого является право потерпевшего требовать возмещения стоимости неосновательного обогащения и обязанность приобретателя произвести такое возмещение.

Последние новости по теме статьи

Важно знать!
  • В связи с частыми изменениями в законодательстве информация порой устаревает быстрее, чем мы успеваем ее обновлять на сайте.
  • Все случаи очень индивидуальны и зависят от множества факторов.
  • Знание базовых основ желательно, но не гарантирует решение именно вашей проблемы.

Поэтому, для вас работают бесплатные эксперты-консультанты!

Расскажите о вашей проблеме, и мы поможем ее решить! Задайте вопрос прямо сейчас!

  • Анонимно
  • Профессионально

Задайте вопрос нашему юристу!

Расскажите о вашей проблеме и мы поможем ее решить!

+